Маленький зал на Фурштатской, 30, кажется, не может стать ещё теснее: ради редкого здесь спектакля для взрослых в нём соорудили нечто среднее между коробкой и помостом, увитое искусственной зеленью. По причине затруднённого доступа рассаживание гостей происходит долго — за это время успеваешь почувствовать духоту и с некоторой тоской подумать о том, как сидеть здесь ещё час. Хорошие новости: вентиляция в Karlsson Haus работает нормально, а вскоре после того, как представление начнётся, зрители забудут о возможных неудобствах.
Потому, что в пространстве коробки-помоста начнётся настоящая магия! Знаете, как в детстве, когда можно было из игрушек и нехитрого набора бытовой утвари создать новый живой мир. Хотя здесь технику простой не назовешь — совсем наоборот. Ощущение физического усилия появляется на втором шаге в мир постановки, когда пластиковые ветки и листья уже начинают казаться настоящими. Руки, ноги, спины, головы складываются в такие неожиданные узоры, что только диву даешься, как прихотливо сплетается под и за сценой всё остальное. Удивление возникает — и постепенно растворяется в истории, которую актёры рассказывают (и возвращается только в конце, когда на поклонах видишь, как тяжело они дышат).
Неловкость от обилия полуобнаженных тел часто в странных и беззащитных позах тоже быстро проходит — несмотря на то, что повествование не раз касается темы плотской любви, в нём нет сексуального подтекста. Перед нами не люди, а в первую очередь красивые и прекрасно настроенные инструменты выражения авторского замысла. Что-то в этом есть, что-то более глубокое: так и мы, с волей, разумом, галстуками, каблуками и мобильниками — в каком-то смысле не более чем инструменты неких хтонических древних сил.
Телесность, тактильность, физиологичность происходящего работают в первую очередь на усвоение идей на уровне более глубоком, чем мышление. И именно они делают спектакль, придают ему целостность и объём и в конечном итоге не дают аудитории заскучать. Потому что фабула постановки проста и в буквальном смысле стара как мир: вот собственно Сотворение, вот Ева рождается из ребра Адама, вот грехопадение и погружение человечества в пучину греха, вот смерть Спасителя, которая позволяет миру продолжаться из поколения в поколение. Это всегда красноречиво, а время от времени весьма изобретательно — но как-то очень очевидно и на размышления не провоцирует. С другой стороны, может, и цели такой не было — заставить задуматься, а была такая — заставить почувствовать.
И это удаётся — и во время действия, когда пластический рисунок распознаёшь и понимаешь без слов, и после, когда берёшь из вазы в вестибюле яблоко, символ выбора. И того, рокового, который предопределил историю человечества, и того, что делаешь каждый день между тем, уступить ли греху или противостоять ему.
Режиссер-постановщик: Евгений Корняг
Художник-постановщик: лауреат Российской национальной театральной премии «Золотая маска» Татьяна Нерсисян
Композитор: Никита Золотарь
Актеры: Максим Максимов, Кристина Цуркан, Ася Галимзянова, Денис Полевиков, Ролан Мукминов
Продолжительность: 1 чаc
