Трилогия-переосмысление серии Wolfenstein запомнилась игрокам замечательными двумя играми за Би-Джея и ужасной кооперативной Youngblood, которую в некоторых кругах ру-сегмента в шутку называют «Йонгбл**и».
Печалит, что всего одна упущенная деталь в сюжете серии, которая затронута в New Order и лишь частично поясняется в провальном YoungBlood, не запомнилась игрокам. Надеемся, что финальная четвертая игра, если выйдет, поставит точку и подтвердит замысел.
Что же за упущенная деталь?
Знакомьтесь, Хью Эверетт, автор Многомировой Интерпретации Квантовой Механики. Если попытаться объяснить ее простыми словами и кратко, то эта теория наравне с копенгагенской пытается занять главное место в объяснении работы и существования квантового мира и его законов. Эту теорию поддерживают такие видные деятели науки как Кип Торн, Макс Тегмарк и Дэвид Дойч. Она призвана объяснить двухщелевой эксперимент с фотонами и экстраполировать ее на всю вселенную.
Теория утверждает, что в каждый момент времени при любом хоть насколько-то важном с позиции вселенной событии, она квантово расщепляется, создавая новые и новые вселенные с потенциально иными исходами любых возможных событий. Такая мультивселенная не простая художественная зарисовка а-ля Марвел, а серьезная научная работа. Подробнее о функциональности теории вы можете прочитать в интернете, а мы перейдем к игре. Для краткости теорию будем называть МИЭ.
Множество штрихов, фраз и сюжетных линий создают устойчивое подтверждение: мир игры — лишь одна из ветвей, один из возможных раскладов истории, тогда как другие ветви продолжают существовать рядом, недоступные, но ощутимые персонажами этой вселенной.
I. Альтернативная история как след ветвления
Мир Wolfenstein — это не хаотичная смесь вымысла и агрессии. Он построен с пугающей логичностью: в какой-то момент цепочка едва уловимых событий свернула не туда. В одной ветви мира нацистские технологии застопорились, в другой — неожиданно взлетели. В одной ветви война закончилась в 1945-м, в другой — затянулась, раскрыв пространство для чудовищных открытий. В следующих главах текста вы найдете тому подтверждение.
Такой мир — естественное порождение МИЭ: история не одна, а множественна; человеческая судьба — это не тропа, а разросшееся дерево вероятностей. Игры демонстрируют одну ветвь, подарившую нацистам невозможное преимущество, — но намекают на существование других, где ход событий был иным.
II. Технологические скачки как знак «инаковости» ветви
Лор Wolfenstein изобилует отчётами и дневниками сообщества Даат Ихуд, где учёные описывают удивительные результаты исследований и внезапные прорывы. Эти технологии возникают резко, будто их появление — не плод постепенного развития, а следствие иной исходной точки. Для простоты понимания, отвлекитесь и вспомните лор Fallout — причина скачка развития атомных технологий заключена в нераскрытой технологии транзисторов, а как следствие, полупроводников. Но не будем о Fallout, цепляться за МИЭ там бессмысленно, серия никак не подводит игроков к этой мысли.
Такое локальное чудо в версии мира Wolfenstein — отличный маркер для МИЭ: в некоторых ветвях вероятность экспериментального успеха ничтожна, но реализуется; в других — выполняется успешно.
III. Намёки на другие измерения
В записях, диалогах, в коллекционных документах постоянно звучат слова о «других измерениях», «реальностях», будто герои касаются чего-то, что объяснить трудно, но игнорировать невозможно.
Жирными мазками это подчеркивается словами Би-Джея: в первой игре он жалуется что иногда видит сны, выглядящие как совершенно точная возможная реальность: мир, где победа над Рейхом произошла в 1945 году. Он повторяет одни и те же мысли: «иногда мне снится мир, где всё пошло иначе», «я чувствую запах барбекю, слышу детские голоса». Это нельзя объяснить классическим ПТСР или «защитой» психики от перегрузки, ибо в Youngblood, Уильям прямо заявляет дочерям, что изучал возможность расщепления мировой ветви и утверждает что существует реальность, в которой победы Рейх не получил. И его настрою выяснить, возможно ли проникнуть туда. Герой твердо уверен что миру в котором он живет необходимо вернуть некую правильность, ибо текущая вселенная, по крайней мере планета Земля обречена — из-за переключателя мертвеца, активизировавшийся с гибелью Гитлера.
Многомировая интерпретация не является сейчас официальным объяснением от разработчиков. Но она удивительно точно ложится на структуру их мира:
- она оправдывает резкие технологические скачки;
- объясняет детальность и естественность альтернативной истории;
- делает мотив «других измерений» не мистикой, а наукой;
- превращает сны BJ в не психоз, а в «память ветви, которой он никогда не жил».
И получается, Wolfenstein начинает выглядеть не просто антиутопией, а рассказом о том, как одна веревка вероятностей обвилась вокруг человечества, сжав его горло. Но сможет ли Уильям с семьей что-то сделать с этим? Очень ждем четвертую игру серии.
