На пресс-конференции по поводу открытия первого фестиваля «Маленький сложный человек» в БТК его директор Александр Калинин рассказал, что 25 лет работает в детском театре, но до сих пор до конца не понимает, что такое ребёнок. И главной целью фестиваля видит вызвать желание думать: и о жизни вообще, и о маленьких зрителях в частности.
А худрук театра Руслан Кудашов, который придумал это название, добавил, что в условиях господства индустрии, которая так или иначе ведет к упрощению человека, фестиваль стремится задать иной вектор. И для программы подбирали новые тексты, говорящие о том, что «человек — это не просто так, это иногда сложно, непонятно».
Другой человек — это целый мир, и нужно попытаться увидеть эти миры. И чем сложнее наш образ видения, тем больше мы себя защищаем от скоропалительных и неправильных действий, ведущих нас в дурную бесконечность, из которой тяжело выбраться.
Цель фестиваля, по мысли Кудашова — обратить внимание на мир ребенка, который не стоит упрощать и уплощать, и побудить людей внимательно всматриваться друг в друга.
Можно сказать, что плотная программа фестиваля (16 спектаклей за 5 дней плюс лекции и эскизы!) дала всем возможность всмотреться во всех и всё: взрослым — в детей и в то, что вообще такое детство, детям — во взрослых, в законы и принципы большой жизни. Ну, и объединить и больших, и маленьких во встрече с чем-то новым и интересным. Несколько дней попытались вместить в себя всю полноту взаимодействий маленького сложного человека и большого сложного мира — в первых шагах («Дашенька, или История щенячьей жизни»), в поиске и осознании ценностей («Никита и кит», «Дрозд фрау Майер»), в отношениях с другими людьми и родителями («Сказки про мам», «Вафельное сердце») в попытке встроиться в него или переписать под себя («Я есть», «Ливия, 13»).
При этом детям в прямом смысле дали слово: спектакль «Я есть» Сергей Чехов и Данил Чащин поставили в Няганском ТЮЗе по пьесам участников драматургической лаборатории для подростков. Юные авторы высказались о том, что их занимает: об отношениях с родителями и сверстниками, об одиночестве, о спасении от жестокости, о разрушительной силе равнодушия, о муках и радостях первой любви, о переживании маленьких и больших трагедий. Причём в некоторых историях дети оказались гораздо более живыми и разумными, чем взрослые. И, несмотря на максимализм и категоричность, которые режиссура только заострила (а может, благодаря им) инсценировки получились пронзительными и отрезвляющими. Вроде бы ничего нового (кого в школе не дразнили, у кого не было проблем со взрослыми?) — но смена ракурсов заставляет тебя, взрослого, хохотать или плакать так, как будто тебе 13-14-15, и всё это происходит с тобой. А подростку герои историй как будто протягивают руки и очень искренне и на его языке говорят: «Ты есть, и ты не один!».
Впрочем, многие спектакли, адресованные детям, равно увлекли зрителей всех возрастов: например, из путешествия в мастерские Да Винчи, Дали, Дюшана в «Как стать художником» театра «Снарк» и взрослая аудитория почерпнула для себя что-то новое — если не в фактическом плане, то в смысле методики рассказывания детям об искусстве.
Помимо тематического разнообразия программа отличилась и разнообразием форматов: были постановки драматические, кукольные, с деревянными механизмами и забавным рисованным реквизитом. Но даже самый простой и, казалось бы, неизобретательный формат чтения сказок вслух сработал волшебно: на спектакле «Не все умеют падать» от издательства «Книжного театра», где Сергей Друзьяк читал сказки Тоона Теллегена, зал превратился в одну большую улыбку: взрослые мечтательно качали на коленях детей, а дети с радостью включались во взаимодействие. И это иногда было очень забавно! Например, когда Друзьяк спросил: «Кто из вас умеет играть на пианино?», с первого ряда вскочила малышка лет трёх и подняв руки, попыталась побежать вперёд с веселым: «Яяя!». А мама, сидящая на втором ряду, ловила её с тихим и паническим «Ты не умеешь!».
И вообще, оказалось, что наблюдение за зрителями детских постановок — это половина впечатления! В том, например, как доверчиво они вживаются в процесс (в «Как стать художником» после очередной манипуляции актрисы с проекционным мольбертом из зала раздалось потрясённое: «Как вы это делаете?!»). В том, как непосредственно они реагируют на происходящее (в «Дашеньке» в ответ на реплику Карела Чапека о том, что собачкам отрезают хвостик, раздался голосок из зала: «Живодёры!»; в спектакле «Никита и кит» барышня откуда-то из второго ряда шепотом прочитала соседям небольшую лекцию о китах; в «Сказках про мам» реплике героини «Я ничего не боюсь!» не поверил один из зрителей: «Ну-ка, посмотрим!»).
В общем, такой фестиваль — как раз то, что нужно городу весной: выходишь после очередного путешествия в детство, щурясь от солнышка, и думаешь, какие интересные, добрые и талантливые малыши у нас растут, и какая сложная и прекрасная штука — мир!
