Роман Виктора Пелевина «Жизнь насекомых» — аллегория на человеческую жизнь, достигнутая путём её сопоставления с жизнью насекомых — тараканов, комаров, жуков-навозников…В самом романе в качестве эпохи выбраны 1990-е, однако очевидно, что подобные персонажи существуют вне времени и пространства, то есть всегда и везде. Студенты-режиссеры мастерской Руслана Кудашова взяли это произведение за основу своих учебных этюдов по пластике рук и наблюдению за животными (насекомыми).
Этюды были разные: философские и смешные, музыкальные и молчаливые, массовые и одиночные, динамичные и спокойные, интересные и скучные…В целом, всё это больше похоже скорее на отчётный студенческий показ, чем на спектакль. Подробный, энергичный и очень длинный показ: в общем сложности действо длится около 3,5 часов и уже в конце первого действия невольно проскальзывает мысль, что это какая-то легкая степень насилия над зрителем. Потому что показы такого формата — это часть учебного процесса и рассчитана она явно не на массовую публику. Студенты, конечно, выкладываются на полную и работают очень точно в указанных учебных задачах, здесь претензий вроде бы и нет, но эти бесконечные этюды-перестановки-этюды-перестановки уже через час начинают изрядно утомлять. Поэтому ближе к середине начинаешь оценивать всё лишь как технику — актёрскую, пластическую, режиссёрскую, никаких тебе сопереживаний или размышлений.
Хорошее решение художники нашли с декорациями: гигантская зажигалка «Ялта» и спичечный коробок размером с добротный кухонный стол искажают размеры пространства и действующих лиц, помогая зрителю сразу же понять и принять заданные правила игры. В одной из сцен в этот спичечный коробок вообще вместились мать и дочь — хорошая аллюзия на те коробки из стекла и бетона — физические и метафорические, которыми обрастают города и мы.
Некоторые довольно объёмные по смыслу высказывания Пелевина были сильно упрощены в сценическом воплощении. Например, момент, где самка муравья вынуждена сама себе отпилить крылья: в версии БТК её крылья разорвали на кусочки завистники и лицемерные недоброжелатели. Не лишено идеи и смысла, но простовато. Для студентов-режиссеров тем более.
На сцене присутствует и сам автор: сначала он существует изолировано от своих героев и вроде бы учится существовать в гармонии со своим альтер-эго. Затем он откровенно издевается над тем застывшим «цирком уродов», который создал на основе всего, что наблюдал в жизни вокруг себя. И вдруг эти слепки оживают и сами начинают издеваться над ним, загоняют в угол и превращают в такого же, как они. Отрывок лекции, в которой проводится аналогия между Чеховым и Пелевиным как единственным «лучом света» в темноте окружения, звучащий несколькими этюдами раньше, приобретает еще более грустно-ироничный окрас.
Начало положено хорошее. Но работы еще много: как в самих этюдах над смысловой нагрузкой и визуализацией, так и в отборе этих этюдов для финальной композиции. Из того, что видел автор данной статьи в конкретный день, можно смело вырезать половину и оставить часа полтора качественного целостного контента — интересного и захватывающего рационально и эмоционально. А в смысле сугубо учебного материала сделано отлично. По крайней мере, это не уже набившие оскомину стандартные этюды на наблюдения за животными, которые в 95% случаев строятся по одной и той же схеме.
Автор: Виктор Пелевин
Режиссёр: Руслан Кудашов
Художник: Марина Завьялова
Свет: Андрей Еленин
Звук: Юлия Гладышева, Андрей Качанов
Педагоги по актёрскому мастерству и режиссуре: Анатолий Гущин и Денис Казачук
В спектакле заняты студенты мастерской Руслана Кудашова (БТК–РГИСИ)
Место: Большой Театр Кукол
Продолжительность: 3 часа 30 минут с антрактом
